После тяжелой продолжительной болезни. Время Николая II - читать онлайн книгу. Автор: Борис Акунин cтр.№ 40

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - После тяжелой продолжительной болезни. Время Николая II | Автор книги - Борис Акунин

Cтраница 40
читать онлайн книги бесплатно

Московский эксперимент был выведен на всероссийский уровень. Правительство издало несколько законов в пользу рабочих: об ответственности предпринимателей за несчастные случаи, о пенсии по утрате трудоспособности, о порядке переговоров между хозяевами и работниками.

Повсюду возникали не просто аполитичные, а декларативно лояльные самодержавию рабочие организации. Даже среди еврейского населения черты оседлости, недоверчивого к любым казенным инициативам, возникла Еврейская независимая рабочая партия, которая стала бороться с влиянием социалистического Бунда.

Но в августе 1903 года министр внутренних дел В. Плеве, сторонник жесткого курса, прекратил деятельность зубатовских организаций. Сам Зубатов, к тому времени уже начальник Особого отделения Департамента полиции, был не просто отправлен в отставку, но получил запрет на проживание в столицах и на занятия общественной деятельностью. Опальный экспериментатор доживет в провинции до Февральской революции и при известии об отречении императора застрелится.

Впоследствии некоторые авторы из тех, кто оплакивает монархию, расценивали остановку зубатовского проекта как роковую ошибку и чуть ли не главную причину будущей катастрофы. Мол, если бы рабочее движение пошло по тред-юнионистскому пути, никакой диктатуры пролетариата не было бы.

Это заблуждение. Плеве поступил совершенно правильно – разумеется, с точки зрения интересов самодержавия. Когда полиция сама стала поощрять коллективные действия рабочих, пускай абсолютно неполитического характера, она запустила очень опасный механизм.

Во-первых, городской пролетариат стал ощущать себя силой, с которой считаются. Во-вторых, в полиции не хватало компетентных сотрудников, чтобы уследить за всеми возникающими на местах рабочими организациями. Они могли вначале быть совершенно проправительственными, а затем, под влиянием умелых агитаторов или каких-нибудь критических обстоятельств вдруг радикализировались.


После тяжелой продолжительной болезни. Время Николая II

С. Зубатов


Отставке Зубатова предшествовали июльские события 1903 года. Тогда стачки прокатились по всему югу, от Баку до Украины, но хуже всего ситуация была в Одессе, а началось всё с благонамеренной забастовки, разрешенной начальством. Дело в том, что инициатива исходила от «ручной» Еврейской независимой рабочей партии, которая хотела улучшить положение трамвайщиков и портовых грузчиков (среди них было много евреев). Однако движение разрослось, марксистские пропагандисты повернули его в социалистическую сторону, возникла угроза общегородской политической стачки. «Был момент, когда весь город был во власти рабочей массы», – писала эмигрантская газета «Освобождение». Когда полиция попробовала восстановить порядок, было уже поздно. Пришлось вводить войска.

Другой зубатовской затеей, которая впоследствии дорого обошлась самодержавию, были народные манифестации с изъявлением монархических чувств. Многотысячные демонстрации «простых русских людей» с хоругвями и царскими портретами умилительно смотрелись и красиво выглядели в полицейских донесениях. Например, 19 февраля 1902 года, в годовщину освобождения крестьян, к памятнику Александру II в Кремле пришли пятьдесят тысяч рабочих, которые спели «Боже, царя храни», а потом еще и помолились. Отсюда, однако, тянулась самая прямая дорога к Кровавому воскресенью.

Взрывоопасный эксперимент с «контролируемым протестом» был остановлен слишком поздно. Забастовки и рабочие демонстрации уже стали постоянным компонентом городской жизни. В 1905 году они приобрели такой размах, что еще чуть-чуть, и государство развалилось бы. Большие Беспорядки переросли бы в революцию.

Террор

Терроризм, казалось, совершенно искорененный полицией при Александре III, в 1901 году возродился как метод политической борьбы и скоро стал главным оружием революционного движения.

За двадцать лет, миновавшие с 1 марта 1881 года, когда народовольцы взорвали царя, было всего несколько террористических инцидентов.

Восемнадцатого марта 1882 года бывший студент физико-математического факультета Петербургского университета Николай Желваков на Николаевском бульваре в Одессе застрелил прокурора Киевского военно-окружного суда генерала В. Стрельникова, особенно отличившегося в процессах против народников.

По делу «Террористической фракции» в 1887 году повесили пятерых студентов, в том числе Александра Ульянова. Заговор был дилетантский – полиция заранее раскрыла и «пасла» его.

Еще произошли два убийства, жертвами которых стали фигуры политически малозначительные. В 1883 году раскаявшийся двойной агент организовал покушение на своего «куратора», жандармского подполковника Судейкина, и в 1890 году польский революционер застрелил в Париже генерала Селиверстова, который, по ходившим в эмигрантской среде слухам, руководил в Европе полицейской агентурой (что не соответствовало действительности).

Вторая волна террора началась по той же причине, что первая, и в той же самой среде – молодежной, студенческой. Как уже рассказывалось, в 1899 году вспыхнули студенческие беспорядки. Власть по своему обыкновению ответила на них репрессиями. Это радикализировало активистов, и один из них, исключенный студент Карпович, в знак протеста застрелил министра народного просвещения Н. Боголепова.

Терроризм становится по-настоящему опасен, когда раздраженное полицейским режимом Общество начинает относиться к смельчакам, берущимся за оружие, с одобрением и восхищением. Именно это теперь и произошло – в точности, как четверть века назад, когда Вера Засулич стреляла в столичного градоначальника.

По мере обострения внутренней ситуации политические убийства происходили всё чаще. Помимо террористов-одиночек появились и подпольные организации, считавшие своей главной задачей истребление представителей власти.

Самыми деятельными являлись эсеры, называвшие себя прямыми наследниками «Народной воли». И цель была та же самая: напугав правительство, побудить его к широким репрессиям, что, в свою очередь, расшевелит инертное Общество и разожжет революционные настроения.

«Боевая Организация» эсеров, созданная в 1902 году, была автономна, глубоко законспирирована и нередко сама выбирала своих жертв.

На первом этапе группой руководил Григорий Гершуни, человек не только бесстрашный, но и весьма изобретательный – по определению Зубатова, «художник в деле террора». За короткий срок Гершуни организовал несколько терактов, потрясших страну, и превратился в живую легенду. Его долго не могли поймать, а когда в конце концов все же арестовали, не решились предать казни – вместо этого присудили к пожизненному заключению. В результате Гершуни сбежал из Сибири и продолжил свою деятельность, но болезнь легких, приобретенная на каторге, свела его в могилу.

Про следующего руководителя «Боевой Организации», Евно Азефа, личность еще более живописную, рассказ впереди.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению Перейти к Примечанию