Белая змея - читать онлайн книгу. Автор: Танит Ли cтр.№ 57

читать книги онлайн бесплатно
 
 

Онлайн книга - Белая змея | Автор книги - Танит Ли

Cтраница 57
читать онлайн книги бесплатно

— Хорошо, — сказал Эруд и шумно отхлебнул. — Покажи нам, как ты это делаешь. Вызови огонь, раз люди говорят, что ты умеешь делать это.

В хижине снова воцарилась тишина, густая, как сироп, нарушаемая только треском очага. И тогда они услышали дыхание Тьиво — глубокие, захлебывающиеся вздохи, похожие на те, что женщина издает в объятиях возлюбленного…

«Она сделает так. Это невозможно, но она сделает так, — думала Пандав. — Не мошенничеством, а вправду. Пламенем Зардука».

Тьиво простерла левую руку. Глаза ее закатились, остались видны лишь белки, и сразу исчез звук дыхания. Закорианка увидела, как левая грудь Тьиво засветилась сквозь одежду, словно факел. Свет перетек в плечо, в верхнюю часть руки. Предплечье покраснело, как роза, стала видна кровь под кожей, проступили темные кости. Затем левая рука Тьиво превратилась в факел, и из ее пальцев выстрелили пять струй живого огня.

Слуга завопил. Эруд уронил чашу, и Пандав услышала, как она катится по полу. Только идиот и собака продолжали с интересом смотреть, не выказывая ни малейшего страха, точно это было для них привычным зрелищем. Собака даже завиляла хвостом.

Ударив в пол, потоки пламени скакали и извивались. Огненный танец… Затем Тьиво вздохнула и снова начала дышать, а ее рука, плечо и грудь внезапно потемнели, как затухающие угли.

— Это не настоящее, — подался вперед Эруд. — Иллюзия… ай! — он отдернул обожженные пальцы и заколотил по обуглившемуся краю своего одеяния.

Тьиво посмотрела на огонь.

— Успокойся, — негромко сказала она, словно мужу или собаке. — Вот так.

И пламя погасло.

— Оно обожгло меня, — сказал Эруд и упал. Стоявшие по бокам слуга и Пандав еле успели подхватить его.


— Он так спокойно спит. Что это за трава?

— У нее есть только наше, горное название. Но я могу показать ее тебе.

Пандав давала Эруду настой. Через полчаса после приема он обильно потел и снова погружался в сон. Слуга устроился в изголовье постели, карауля внезапное пробуждение. Он скалил зубы в усмешке, а на коленях у него лежал нож.

Пандав и Тьиво вернулись к очагу. Орн тоже уснул, сидя на скамейке, дремала и собака, положив голову ему на колени.

— Значит, эта жизнь подходит тебе, — внезапно промолвила Пандав.

— А какой другой жизни я должна желать?

Пандав обдумала ее слова. В той же мере они подходили и к ней, мало того, она уже говорила их. Кроме того, сегодня вечером, даже чувствуя отвращение к его действиям, она защищала Эруда. Закорианка обнаружила, что тянется к нему, испытывает сдержанную привязанность, скрытую глубоко внутри. Она уже могла исподволь учить его чему-то. Сделано многое из возможного, чтобы не изменить его, но позволить ему стать тем мужчиной, которого она пару раз смогла мельком увидеть из-под завесы нелепой грубости пополам с нерешительностью. Ее немного угнетали эти чувства, возникшие к искайскому жрецу. Но значит, такова судьба, данная ей богами. Позволил же Зардук, которому она поклонялась в высоком храме Саардсинмеи, пасть проклятью-благословению своего огня на чужеземку, которая даже не почитает его…

— Как бы то ни было, — снова заговорила Пандав, — мы собирались поговорить о твоем сыне. О Регере — так произносят его имя в Элисааре. Начнем с того, что твой Орн — не его отец.

Тьиво смотрела на языки обычного пламени, сотворенного при помощи кремня и огнива.

— Однажды сюда пришел мужчина.

— И стал твоим любовником.

— На одну ночь. Его послала мне Ках. Я думала, что он ничего мне не оставил, но забеременела от него.

Пандав продолжала молчать, однако больше Тьиво ничего не сказала. Тогда она сама стала рассказывать о юности и зрелости Клинка по имени Регер во дворах Дайгота. Сначала рассказ шел только о нем, потом начал переплетаться с ее собственной историей, с тренировками, через которые она прошла… Затем огромная картина этого утраченного мира открылась перед Пандав, и она нырнула туда вместе с Тьиво, завернулась в нее, как в пестрый ковер. Здесь сплелись испытания и поражения, достижения и награды, и все это, как золотой нитью, было проткано городом, его улицами и площадями, восторгом толпы и шумом прибоя. Она рассказывала о датах их празднеств и сезонах их календаря, о ночи Огненных скачек и о том, как Регер победил в них. Она воссоздала Регера, словно сама была ведьмой, и представила здесь, в хижине, перед его матерью, во всей красе и гордости. Пандав сама возложила ему на чело последний венок. Она сотворила его из ночи, из которой он и состоял отчасти — символ желания для Саардсинмеи…

Она говорила больше часа. Под конец, когда очаг уже начал затухать, пришло время рассказать о конце города и гибели Регера. И лишь тогда Пандав вспомнила сон, который увидела в храме Ках в Ли. «Твоя крепкая и прочная гробница, — сказала ей девушка-эманакир. — Он был в ней, когда обрушилась волна». И, рассказав о разрушении (которого никогда не видела) своего города, так и не захотевшего принадлежать ей, и о женщине, которая изрядно понимала в колдовстве, если умела хотя бы половину того, о чем подозревала Пандав, закорианка осознала, что говорит:

— Но кое-кто уверял меня, Тьиво, что твой сын пережил потоп. Это может оказаться и неправдой. Ты — ведьма. Может быть, ты способна выяснить, жив ли он.

Однако Тьиво продолжала смотреть в угли очага. В этой новой тишине Пандав ощутила изнеможение. Ее выжало досуха. Она исповедалась и очистилась, стала пустой. Напоследок можно было бы расплакаться, но что-то внутри нее выжгло все слезы. Она всегда была огнем, а не водой Закориса.

Когда Тьиво встала, Пандав взглянула на нее со смутным удивлением.

— Согласна ли ты пойти со мной? Я хочу показать тебе кое-что, — произнесла та.

Ни звука о своем сыне, ни отблеска боли и мучительной ярости, что прежде проступали на ее лице. Ничего. Слышала ли она вообще что-нибудь, эта искайская подстилка, заметила ли драгоценный ковер города, который раскинули перед нею?

— Где это? — поднялась на ноги Пандав.

— Снаружи, недалеко.

— Если хочешь, — кивнула Пандав, хотя у нее мелькнуло подозрение.

Они вышли из дома. У двери Тьиво взяла фонарь и зажгла его.

— Бог будет доволен, что ты не растрачиваешь его огонь на пустяки, — едко заметила Пандав. Но Тьиво, разумеется, не ответила.

Они прошли сквозь летнюю ночь, через выгон, где под стройными деревцами, точно валуны, лежали коровы. Каменная стена по большей части осыпалась, и, перешагнув через нее, они вышли к мандариновым деревьям и стоячим камням.

Свет фонаря больше мешал, чем помогал видеть, и когда он осветил купол, увиденное показалось обманом зрения. Но вот свет стал ровным. Его успокоило то, к чему они шли.

— Что это? — спросила Пандав, при взгляде на сияющую верхушку предмета вспомнив их приезд на ферму.

Вернуться к просмотру книги Перейти к Оглавлению